В конце этой недели на лыжном стадионе в Демино возьмет старт чемпионат России по лыжным гонкам. Hакануне соревнований, уже почти две недели, в Рыбинске тренируются лучшие лыжники России и мира. В полном составе прибыли мужская и женская сборные, включая и неоднократную чемпионку мира Любовь Егорову и героя Солт-Лейк-Сити Михаила Иванова.
Михаил Иванов — фигура в нашем лыжном спорте, пожалуй, более знаковая. Почти 14 лет, несмотря на головокружительные успехи женщин, российские лыжники не могли завоевать олимпийского золота. Последним был Алексей Прокуроров, который в 1988 году стал чемпионом в Калгари. И именно в этот год, в небольшом городке Остров Псковской области сразу после олимпиады и отчасти под впечатлением от победы тогда еще советского лыжника, в спортшколу пришел 11-летний мальчик Миша Иванов, которому суждено было спустя 14 лет стать олимпийским чемпионом.
— Михаил, вы второй раз в Рыбинске. Насколько отличается деминская трасса от всех, на которых вам приходилось выступать?
— Я бы сказал, что это наиболее сложная трасса. Здесь масса долгих и достаточно крутых подъемов. Приходится выкладываться на полную катушку. Все другие трассы значительнее легче, чем эта. Ни у нас в России, ни заграницей я более сложных маршрутов не видел. Хотя сама лыжня подготовлена очень хорошо. Места живописные, природа красивая. Плохо только, что на стадионе нет нормальных достаточных жилищных условий, для размещения лыжников. Нам приходится по несколько раз в день совершать продолжительные путешествия из профилактория, который находится на другом конце города. В общей сложности на дорогу уходит по 2 часа ежедневно. Это напрягает, поэтому приходится жертвовать свободным временем.
— Сейчас много говорят о том, что установленные рекорды находятся на грани человеческих возможностей. И побить их можно только с помощью усовершенствованного спортинвентаря или различных фармацевтических препаратов. Согласны ли вы с этим утверждением?
— В принципе, да. Но прогресс не остановишь. Раньше ездили на деревянных лыжах, теперь на пластиковых. Раньше пользовались примитивными мазями, теперь очень качественными и дорогими.
Что касается допинга, то могу сказать: да, есть лыжники, которые намеренно их применяют. Но есть и такие, что становятся жертвами своей беспечности. К примеру, можно выпить таблетку от головы и к своему изумлению не пройти допинг-контроль. Один наш прыгун с трамплина погорел, например, на мочегонном. Просто он решил сбросить вес, но не указал во время допинг-теста какой препарат принимал. В итоге допинг-контроль он не прошел и был отстранен от соревнований.
Хотя, честно говоря, помимо допинга есть масса других способов «срезать спортсмена». Скажем, дать неверный прогноз погоды. В лыжах, особенно в марафоне, прогноз имеет решающее значение. Гонка длится долго и погода по ходу забега может кардинально поменяться. Во время моей гонки прогноз врал на 6 градусов. Лыжи готовили к морозной погоде, а под конец гонки стал таять снег. В итоге после 46 километров лидерства я сильно сбавил темп. Лыжи плохо катились. И мне пришлось прилагать массу усилий, чтобы удержаться в тройке. В итоге Мюлегг меня обошел. Но опять же попался на допинг тесте.
— Вы единственный спортсмен, который в знак протеста против предвзятого судейства в Солт-Лейк-Сити отказался принимать участие в закрытии Олимпийских игр. Не было ли у вас проблем после того знаменитого демарша?
— Проблем не было. Я принимал решение осознанно, и никто мне не советовал делать подобный шаг. Никто и не отговаривал. Меня очень возмутило отношение со стороны судей к нашим спортсменам. В том числе к фигуристам. Америка совсем потеряла голову от своего мнимого величия и неприкрыто давит на всех своим авторитетом. Я не присутствовал на открытии Олимпийских игр. Решил, что не следует идти и на закрытие, хотя очень хотелось. Но слово свое я сдержал и даже не смотрел закрытие олимпиады по телевизору.
Свой триумф я ощутил уже дома. Встречали меня как Гагарина. Даже на руках носили, а губернатор подарил «Шкоду». Только езжу я на ней очень редко. Все время нахожусь на сборах.
— А вообще, что подвигло вас заняться именно лыжами?
— Мои родители к большому спорту не имеют никакого отношения. Поэтому ни о какой преемственности речи не идет. Начинал я сам. Мои друзья, словно сговорившись, все пошли заниматься лыжами. Вместе с ними увязался и я. Было это в 1988 году, сразу после зимней олимпиады в Калгари.
Занимались мы в спартанских условиях. Не было ничего: ни стадиона, ни хорошей экипировки. Но в 1990 году началось строительство лыжного центра недалеко от города. Мы тринадцатилетние мальчишки помогали строить лыжные трассы. Вручную разгребали гравий, расчищали песок, корчевали деревья. Было тяжело, но жутко интересно.
Сейчас я продолжаю тренироваться в спорткомплексе «Юность» города Остров, который начинал строить, можно сказать, своими руками. Почти 11 месяцев в году занимают тренировки. Иной раз не удается выбраться домой к близким людям, даже на самые большие праздники. Например, Новый год я встречаю дома только через раз.
Личной жизни тоже никакой нет. Все силы и средства съедает спорт. Так что девушки пока в моей жизни большого участия не принимают. Хотя есть одна женщина, которая мне очень симпатична. Это итальянская лыжница Стефания Бельмондо. Мне она импонирует своей волей к победе и стремлением к совершенству. Жалко, что в этом году она оставила спорт. Я всегда очень хотел с ней познакомиться, и на олимпиаде мне представилась такая возможность. Я подошел к ней, попросил сфотографироваться вместе. Стефания очень общительная и обаятельная женщина, поэтому возражать не стала. К сожалению, более глубокого общения с ней по получилось. Языки мне всегда давались с трудом.
