Остальные
Возвращение в Ярославль на постоянное место жительства олимпийского чемпиона Максима Тарасова в родном городе ожидалось со смешанными чувствами.
С одной стороны, с радостью — как-никак домой возвращается самый именитый спортсмен города, с другой — с тревогой. Это возвращение могло означать, что звезда мирового спорта закачивает свою блистательную легкоатлетическую карьеру — в Ярославле, в отличие от Венгрии, где он жил последние десять лет, просто нет соответствующей инфраструктуры для прыжков с шестом на таком высоком уровне.
В Ярославле мне лучше, чем в Будапеште
— Максим, что побудило вас вернуться в Ярославль после десятилетней разлуки?
— Серьезно задумываться о возвращении домой я начал два года назад. Вторым толчком к возвращению послужил дипломатический барьер, который неожиданно возник между Россией и Венгрией: сначала россияне ввели визовый режим для венгров, потом венгры для россиян. Сильно затруднился въезд в Венгрию для моих родителей и друзей. Мы с женой и детьми оказались в эдакой «тюрьме». Сама Венгрия страна маленькая — 400 километров по широте и 250 по долготе. Едешь по своим делам на машине, а мимо тебя летят авто в Австрию, Словакию, Югославию. А ты можешь только на Украину. Очень, знаете, неприятное чувство — ощущать себя ущербным.
Другой причиной для возвращения стали травмы, которые меня преследуют последнее время.
— То есть желание совпало с необходимостью?
— Да. Точно так же, как мы уезжали из Ярославля в 1992 году из-за невозможности заниматься профессиональной деятельностью. Так и сегодня мы вернулись из-за того, что такая необходимость отпала и качество жизни здесь стало лучше, чем в Будапеште.
— Неужели?
— Да, если брать во внимание общение с родственниками, друзьями...
— Не тяжело будет жить в Ярославле после десятилетия жизни в достаточно развитой европейской стране?
— Знаете, я прожил 20 лет в СССР, причем последние семь в очень криминогенной и неблагополучной обстановке. Так что меня уже ничем не испугаешь. Тем более в центре Нью-Йорка, Лондона и Парижа тоже просто нарваться на неприятности.
— И тем не менее за десять лет жизни в Венгрии у вас появились свои привычки. Скажем, посидеть у камина, сходить на дискотеку...
— Это запросто я могу себе позволить и здесь. На дискотеку я уже сходил.
— И как впечатления?
— Хорошие. Приятно, когда вокруг тебя говорят по-русски (улыбается). И потом, вы знаете, за те 10 лет, что провели в Будапеште, мы не только привыкли к положительным моментам проживания за границей, но и успели от них устать. И не забывайте, что возраст 32 года не такой критический, для того чтобы проводить кардинальные перемены в жизни.
— А за судьбу детей вы не беспокоитесь?
— Во-первых, не мне об этом беспокоиться (Максим поднимает взгляд и руки к небесам).
— Все в руках Господа?
— Да. Вы знаете, там они учились в английской школе. Частной, довольно дорогой. Но каждое утро, выезжая из гаража, мы через 300 метров вставали в «пробку». И в этой «пробке» в течение 40–50 минут двигались до школьных ворот. И я вам скажу, это занятие не для слабонервных.
"Все медали у меня уже есть»
— С вашими взглядами на жизнь можно жить где угодно. Но есть один нюанс. Вы же пока не собираетесь завершать спортивную карьеру?
— Это не от меня зависит. Сейчас я практически не профессиональный спортсмен. Стоит мне прыгнуть хотя бы пять метров, у меня тут же все заболит, и мне придется отдыхать минимум три дня. И потом, если даже я вернусь, то у меня не будет никакого стимула — ничего нового для себя я уже не смогу выиграть. Все медали у меня есть.
— Но уйти красиво, после какой-нибудь громкой победы, вам не удалось. Все спортсмены — актеры, и внешний эффект, красивый жест для них очень важны.
— Да, конечно. Но я еще не принял окончательного решения. И потом, я не честолюбивый. Я вполне доволен тем, что было со мной в спорте.
— Допустим чисто гипотетически, что вы вернетесь в большой спорт. Тогда возвращение Тарасова-спортсмена в Ярославль нежелательно, здесь ему просто негде заниматься.
— Вы знаете, сейчас дела в Ярославле обстоят лучше, чем когда бы то ни было. В этом году сразу четыре представителя ярославской легкоатлетической школы попали на чемпионат Европы — Задорожный, Костин, Рыбаков и Загорный. Такого не было никогда.
— Но почти все они номинально ярославцы. Почти все более или менее известные ярославские спортсмены теперь выступают за Москву или другие города.
— У любого спортсмена в момент достижения максимальных результатов возникает желание покинуть родину. Возьмите Михаэля Шумахера, Мику Хаккинена, Мерлин Отти. Они все живут не там, где родились. При этом они всегда возвращаются к себе домой. Потому что профессиональный спорт — максимальное проявление физических, психологических и моральных качеств спортсмена. Именно это заставляет спортсмена на время покинуть привычные, родные места.
— Красивая версия. А может, все проще: в Ярославле, например, у легкоатлетов просто нет условий для спорта высших достижений.
— Это не главное. Возьмем для примера меня. Я в этой спортшколе прыгал с детства. Я здесь прыгал и 3,50 и 5,50. А потом я устал, мой тренер от этого устал, президент нашей ярославской легкоатлетической федерации и директор школы устали. Потому что мы их постоянно трясли: давайте-давате, нам нужно еще 10 сантиметров, нужно еще 20 сантиметров. Нужно сделать то, починить это...
— Вам давали?
— Конечно, и поднимали потолок, срубали балки, делали новые тренажеры, искали зарплату... А потом я переехал в Будапешт и увидел там иной мир. Там была свежая аура, не загрязненная твоими постоянными дерганьями. Но это необходимо только на время проявления твоих высших достижений. И это происходит, поверьте, с любым спортсменом.
Что же касается моего возвращения, действительно, если я решусь вернуться, то для того чтобы мне будущей весной показать приличный результат, надо уезжать из Ярославля уже в сентябре. Но даже если бы здесь были условия для прыжков на 6 метров, я бы все равно уехал тренироваться в другой город. Пока спортсмен не самореализовался, домой ему лучше не возвращаться.
«Быть главой семейства ничуть не проще, чем работать в офисе»
— Получается, что уже самореализовались?
— Получается, что да.
— И чем теперь собираетесь заниматься?
— Пока налаживать быт своей семьи и общаться с теми, кого не видел много лет. Буду готовить детей к школе. Старший, кстати, скорее всего, будет заниматься в нашей спортшколе. Жена продолжит учебу в МУБиНТе.
— То есть сейчас Максим Тарасов работает главой семейства.
— Да, и эта работа ничуть не хуже и не проще работы в каком-нибудь офисе. Раньше у меня эта работа, или, если хотите, обязанность, вызывала раздражение, потому что отвлекала от профессиональной деятельности.
— И это вам нравится?
— Я вижу плоды своей деятельности — это главное. А нравится или нет — это субстанция посторонняя.
— А вы не собираетесь тренировать ярославских спортсменов, помогать как-то школе?
— Тренировать точно не собираюсь. Помогать, советовать я, конечно, могу. Причем любому легкоатлету. Но с этим тоже надо аккуратнее. Чем больше помогаешь, тем непредсказуемей результат. Судьба спортсмена сугубо индивидуальна. И зачастую совет постороннего может быть совершенно непригоден.
И потом, в нашей спортшколе такая обстановка, что мое вмешательство может привести к еще большим проблемам.
— Возьмем другую крайность — вы завязали со спортом окончательно. Кто может стать вашим преемником? Вы ведь были сильнейшим российским шестовиком.
— Сейчас в России пока не видно спортсмена, который реально мог прыгнуть выше 6,05 метра (личный рекорд Тарасова. — А.Н.). Но эта ситуация может измениться в течение ближайших пяти лет.
— Второго Тарасова Ярославль миру не подарит?
— Такого не бывает, чтобы один город, даже страна дала двух достаточно высоко прыгающих человек. Хотя жизнь подкидывает иногда невероятные сюжеты. Вы, например, знаете, что Светлана Феофанова, рекордсменка Европы по прыжкам с шестом, «ярославский продукт»? В свое время мой тренер Алексей Борисович Скулябин выгнал из Ярославля Евгения Бондаренко, нынешнего тренера Феофановой. Бондаренко несколько лет еще прыгал, даже стал мастером международного класса, но свой потенциал не реализовал и потому стал тренером. И сейчас реализуется через Свету.
— Но в Ярославле столько хороших легкоатлетов, а условий для занятия спортом у них нет...
— Вы знаете, стань экономическая ситуация в Ярославле, в России лучше — легкая атлетика вообще исчезнет.
— Почему?
— Потому что любой другой человек, занимаясь 6–8 часов в сутки любым другим делом, материально получит гораздо больше, чем легкоатлет. Это происходит во всех странах Восточной Европы. Чуть улучшилась ситуация, и большинство спортсменов и тренеров ушли из спорта в различные ООО. И очень неплохо живут.
— Но сейчас легкая атлетика коммерциализировалась.
— Недостаточно. Затрачиваемые усилия и здоровье несоотносимы с получаемыми дивидендами.
— Но, извините, вы-то себе на жизнь заработали?
— Да. Но я попал на достаточно благоприятный для легкой атлетики период. Тому же Сергею Бубке приходилось одно время ставить рекорды за 500 долларов. И ему пришлось одно время остановиться и ждать, когда выходцам из бывшего СССР начали платить нормальные деньги.
— Последний вопрос. Что будет с Максимом Тарасовым лет так через пять?
— Не знаю и, по большому счету, не хочу знать.
— Хорошо, поставим вопрос иначе. Чем вы займетесь после завершения спортивной карьеры?
— В одном интервью я ляпнул, что хотел бы открыть свой небольшой салон автосервиса. Но мне кажется, что, когда начнутся встречи с чиновниками пожарной, санэпиднадзорной и прочих служб, я плюну на все и заброшу это занятие.
— Да ладно прибедняться! Одно дело, придет оформлять документы Вася Пупкин, другое — Максим Тарасов...
— В нормальном государстве мы с этим Васей были бы равны.
— Так то в нормальном!
— (Смеется.) Я этого не говорил...
Сначала титулованная Эмма Шире из Австралии улучшила достижение Милаковой на метр и 20 сантиметров. Радостная Шире уже начала раздавать автографы и подумывать о том, как потратить 25 тысяч долларов, обещанных организаторами автору нового мирового рекорда. Но на старт вышла Лена, и все стало на свои места.. Милакова великолепно разогналась и - улетела на 56,6 м!
Устав бороться с чиновничьим беспределом и хроническим безденежьем заслуженный тренер России Александр Иванович Тимонькин отправился обучать премудростям спортивной гимнастики северокорейских девушек. И вот недавно гимнастки из Страны утренней свежести нанесли ответный визит в Ярославль. Девять девушек молодежной и женской сборной (возраст от13 до 20 лет) Северной Кореи в течение недели провели в ярославском спорткомплексе "Автомобилист редкий – из-за финансовых и идеологических препон зарубежный сбор.
Высота.
1. Чубса (Белоруссия) - 2,32.
2. РЫБАКОВ (Россия) - 2,28.
3 - 4. Бозуэлл (Канада) и Холм (Швеция) - по 2,28.
Ажиотаж, поднявшийся тогда в местной прессе, скоро утих. Да и вся спортивная общественность губернии быстро привыкла к победам внезапно заявивших о себе рыбинцев. А уникальная, талантливая, целеустремленная спортсменка, и просто красивая девушка Елена Милакова у журналистов серьезных центральных газет все больше вызывает нездоровый ажиотаж. Как она тренируется, слишком мало кого волнует. С кем сегодня «делит постель» сильнейшая воднолыжница планеты – вот забойная новость для акул пера! И, якобы это – самая, что ни на есть, действенная для Милаковой реклама.
Однако вернемся к истории… Столь стремительное для Рыбинска развитие событий в начале 70-х в экзотическом на то время виде спорта далеко не было случайностью…По приглашению моторостроителей в Рыбинск приехал москвич, 24-летний любитель-воднолыжник Игорь Лихачев, оставив работу инженера на Красноярской атомной станции. И в Назаровских карьерах вместе с «золотой» молодежью у Лихачева стали заниматься ребятишки…
Игорь Петрович, прочему у Вас в Рыбинске все получилось? Быть, пусть крепким, но спортсменом-любителем, и в минимальный срок стать известным тренером…
- Да, я механик по профессии, учился в Москве в «рыбном» институте. Тренерскую жилку во мне угадал Герман Дерунов, который после выступления в Рыбинске московских воднолыжников с группой энтузиастов организовал в городе секцию при спортклубе «Сатурн». На следующий год пригласил меня сюда работать, и в 1971 году я уже стал профессиональным тренером. Первая база - берег Волги в районе Горелой Гряды. Единственное «административное здание» - чехол от катера, распростертый в виде палатки…
О специальных буксировщиках и мечтать не приходилось! Это сейчас у нас «мастер крафт», который выпускает Америка, да и тот староватый…А на первых катерах, которые купил завод, подвесные моторы делал - модифицировал, чтобы можно было развить скорость минимум до 58 км/час, - вместе с ребятами. Учеников у меня тогда было человек тридцать, по 11-12 лет.
Но, вскоре, благодаря Павлу Федоровичу Дерунову, генеральному директору Рыбинского объединения моторостроения (уникальная личность!), у нас появился и спортинвентарь, и катера, какие имела только сборная команда военно-морского флота! Однажды спортсменам Центрального клуба ВМС такой катер передал в пользование Юрий Гагарин – это был подарок королевы Дании космонавту №1. Гагарин стал первым президентом федерации воднолыжного спорта, которая организовалась как раз после его первого полета в космос! Он обожал водные лыжи, но катался как любитель, конечно…
-У Вас были помощники в тренерской работе?
- Вот тут интересная история получилась! К нам приехал тренироваться на пять лет из Сочи спортсмен Женя Тицев (кстати, недавно он опять у меня гостил). Когда началось сближение с Европой, в Сочи работала фирма, которая развлекала иностранных туристов катанием на водных лыжах. Туда был приглашен сильный французский воднолыжник, и юный Женя многое «схватил» у этого француза! А потом он приехал к нам, и уже мы многому учились у Жени – у нас он стал чемпионом России, дважды чемпионом Советского Союза, и вообще это мастеровитый человек… Да, я сам был мастер спорта, но на российском уровне…И поначалу выступил больше как организатор, а Тицев как спорсмен-профессионал. Так пошло в Рыбинске расти поколение «первых»: команда 72-х – 80-х годов. Создалась база: через пять лет сами, вместе с детьми и их родителями построили стационарное административное здание, душ, два эллинга для 4-5 катеров…
- Игорь Петрович, а как Вы нашли Лену Милакову, теперь свою самую именитую ученицу?
- В заводском бассейне. Водные лыжи, это прежде всего – техника, и нельзя было упускать «зимнюю воду». Только лыжника в бассейне тянет не катер, а лебедка, дорожка 50 метров… 10-летняя Лена занималась тогда плаванием, а у нас стала стремительно набирать темп.
- Игорь Петрович, сегодня у Милаковой есть официальный тренер?
- Лена уже большая девочка, и я физически не смогу за ней гоняться по всему миру…Ей сейчас не тренер нужен, а психологическая помошь. Вот, приезжаю, и варю Лене борщ! Я ее не бросаю, и на самых ответственных стартах всегда рядом. Чуть что не так – она сама звонит мне в Рыбинск, в том числе и по личным проблемам. До нее же дозвониться можно чудом: жуткая болтушка! Раз в году, примерно в январе, она бывает в Рыбинске, катается с детьми в бассейне. Но это не те условия для спортсменки высшего класса! А ее официальный тренер испанец Чави Миль… Вообще, у Лены особый характер. При том, что это вполне адекватный и компанейский человек, она - боец. Трудоголик. Попробуйте-ка покувыркаться в воде, температура которой +13 градусов! Лена четко видит цель, идет только вперед. Все остальное для нее – второстепенно. Когда она уехала в Швейцарию, первое время в женевской гостинице ей приходилось мыть полы, чтобы что-то покушать. И ничего, не сломалась! Недавно после разрыва связок Лена пропустила год, растратила все, что накопила…Но на следующем чемпионате Мира взяла реванш, выступая с протезами на коленном суставе. Два протеза, отдельно для трамплина и фигурного катания, для Милаковой за 3 тысячи долларов были изготовлены в Америке на страховку и благодаря помощи друзей из швейцарского клуба…
А что городят журналисты про ее мужа? И не разведены они, а что будет дальше, так это их личное дело! По мнению некоторых, Эрик странный человек, ему наплевать, как его воспринимает окружение. Может быть. Но он умница – закончил два факультета Женевского университета. Любит водные лыжи и молоденьких девочек, потому и приглядел нашу Лену сразу же, когда я привез ее туда на тренировки (смеется-авт.). В свою первую зарубежную поездку Лена сидела на верхней полке вагона, и судорожно вспоминала английские слова…
- Как получилось, что рыбинцы вообще попали в частный шейцарский воднолыжный клуб?
- Там нет плановой государственной поддержки воднолыжного спорта. Вот в Италии – да! Но: получилось так, что в 1977 году мы впервые выехали на чемпионат Европы во Францию, в том числе чемпионка Советского Союза Ольга Зорина. А так как Россия еще не была членом международной организации, Ольгу поставили вне конкурса, без оплаты членских взносов: скорее всего, посмотреть - что же это за русские такие? Приехали мы на 10 дней как туристы, восемь человек команда, стоило все дешево, и половину расходов к тому же оплачивало общество «Франция-СССР». Наша Ольга прыгнула, и заняла вне конкурса первое место в предварительных соревнованиях. А на финале сломала ногу, и потом долго лечилась… Случай досадный. Но с тех пор для нас открылись границы.
Самого большого успеха добилось третье поколение рыбинских воднолыжников. И вот почему… Я подружился с французской семьей. Роже Комбре – парижанин, мы с ним встречались, переписывались, то он пришлет мне с оказией бутылочку французского вина, то я ему – банку икры. А в 1988 году Роже пригласил меня к себе в гости. Мой сын Борис Лихачев, который стал чемпионом СССР, тоже поехал потренироваться в частном клубе сына Роже, чемпиона Франции. Там на соседнем озере познакомился с будущим мужем Елены Милаковой. Со студенческой скамьи Эрик Люлье занимался лыжами, и, услышав, что русский хорошо катается, предложил Борису поработать тренером. На следующий год уже я получил приглашение. Перый раз ездил с Сергеем Шальновым, потом с Олегом Понакушиным, Татьяной Зайцевой (Чураковой), это известные лидеры… Клуб оплачивал все расходы, только доберись до места назначения: присутствие сильных спортсменов служило отличной рекламой.
- Так вот откуда весомые результаты!
- Результаты плачевные (смеется – авт.). Шучу, шучу… Я рад за ребят. Но Лена вышла замуж за Эрика в Швейцарию; мастера спорта международного класса: Аня Кудрявцева - за Фредерика, Юля Ивойлова – за врача французской команды; Света Изгарышева учится в Америке в университете… Я рад, что они выступают за Россию, так же как и Борис.
- Чем была вызвана необходимость зарубежных тренировок?
- Слишком долго перечислять причины…В этом году кабельный завод не работает, нет энергии, а наш клуб от него питается. К сожалению, мы уже не можем проводить в Рыбинске международные соревнования и чемпионаты – отстали по технике. А результаты зависят от качества тренировок, от модели лыж. Мы сейчас прыгаем на лыжах совершенно иного профиля, со специальными скосами для лучшего захода на трамплин. Их стоимость около 2 тысяч долларов. Где это потянуть Рыбинску? Наш губернатор Анатолий Лисицын давно обещал купить лыжи Елене, но пока – ничего… А ведь Лена в таком случае отдаст клубу свои две пары, и они пригодятся для занятий чемпионам России!
С другой стороны, в нашей стране на воднолыжных стадионах в Строгино или в Крылатском проводится не больше трех соревнований в году - чемпионат России, кубок России и первенство Москвы. И чтобы выступить на Европе, на несколько дней нужно «найти» минимум тысячу долларов… А если посмотреть календарь французской федерации воднолыжников, начиная с августа - беспрерывно соревнования, вплоть до октября. Пожалуйста, выбирай, что тебе подходит!
- Есть ли у Елены Милаковой спонсоры на родине?
- Это факт, что сегодня больше спонсоров у Лены за границей. Ей ведь не только экипироваться, но и отдохнуть полноценно надо. С этой целью мы выпустили специальный проспект, французский журнал «Водные лыжи» печатал большую статью. Парадокс, но Россия грозит снять Милакову, несмотря на все ее победы, со стипендии, потому что живет и соревнуется она не дома …
Сейчас подвернулся случай, и под Костромой тренирую «новых русских». За это мои дети четыре дня в неделю пользуются всеми благами воднолыжной базы. В России осталось всего три детских муниципальных воднолыжных клуба: в Рыбинске, Дубне, и Балакове. По итогам 2001 года рыбинский - признан лучшим. Так что жизнь - продолжается.
Из досье:
Игорь Петрович ЛИХАЧЕВ. родился 12 марта 1938 года в подмосковных
Люберцах. Мастер спорта, Заслуженный тренер России. Основатель воднолыжного спорта в Ярославской области, воспитал в Рыбинске 12 мастеров спорта международного класса, более 20 мастеров спорта.
Исполкомом НОК награжден почетным знаком за развитие олимпийского движения, хотя до сих пор не известно, включат ли водные лыжи в программу Олимпийских игр 2004 года или нет.
Ее земляк Александр Киселев стал серебряным призером соревнований в гите с места на дистанции 1 километр.
Команда в составе Александра Киселева, Олега Кокунина и Анатолия Егорова заняла четвертое место в командном зачете.
Наверняка на итоге выступления Костина сказалось то, что он на Чемпионат Европы не попадал при любом раскладе. Лидер российской сборной в этой дисциплине - Дмитрием Шевченко еще перед чемпионатом России забронировал себе место в сборной.
Диск
1. Илья КОСТИН (Ярославль) - 61,46.
2. Александр Боричевский (Санкт- Петербург) - 61,01.
3. Сергей Ляхов (Москва) - 60,78.
